Работа с выбором и ответственностью в старшей школе «Новой школы»

Подкопаев Юрий, заместитель директора по организации образовательной среды, Новая школа, Москва

(выступление на конференции Смешанное обучение 2019)

Подкопаев Юрий: Друзья, я очень рад, что вы пришли послушать про попытку создания новой старшей школы. И я попробую про это рассказать максимально честно.

Мы находимся на пути старта. То есть у нас есть какие-то задумки, есть пилотный проект, который у нас сейчас реализуется в 10-м классе, 11 класса у нас нет (в силу разных обстоятельств), и поэтому то, что я буду сейчас рассказывать, идейно прекрасно, какие-то вещи из этого уже реализованы, какие-то ещё будут реализованы, но самое интересное, что к названию конференции это не имеет никакого отношения.

Слово «смешанное обучение» и тот термин, который за этим скрывается, очень плохо применим к тому, чем мы занимаемся. Применим он только в том смысле, в котором Толстой начал свой роман. Вот примерно так  случилось у нас: всё смешалось в педагогическом мире и возникли мы.

Команда людей, которые хотят придумать, перепридумать или как-то набрать всяких разных удачных опытов из других мест и как-то осмысленно к этому подойти и разобраться. Хочется сделать что-то такое новое и разумное. Но особых технологий каких-то информационно-коммуникационных здесь представлено не будет.

Я являюсь руководителем старшей школы и школа, как вам, наверное, известно, основана благотворительным фондом «Дар». Мы растем и развиваемся, естественно, нас будет ещё больше, у нас довольно большой коллектив и, собственно, вся старшая школа — это сегодняшние десятиклассники, 20 человек, которые в девятом классе у нас не учились.

Это все люди, которых мы летом призвали, провели через определенную процедуру и очень довольны теми, кто к нам попал. Гордимся ими.

Периодически будут появляться картинки между слайдами (идет показ слайдов презентации на экране), чтобы вы не скучали, глядя на меня.  Основная наша идея на экране.

Самоопределение — это не какой-то итог, а долгий и творческий процесс. Подготовленность выпускника к этому самому самоопределению — одна из наших ключевых задач. Собственно, для этого и придумываем различные механизмы, для того чтобы помочь ребятам продвинуться в этом вопросе.

На экране сейчас список задач, которые мы смогли вместе с коллегами выделить в качестве основных в нашей старшей школе. Т.е. продвинуться в достижении глобальной цели поиска себя и своего места в мире ребятам могут помочь следующие задачи:

 

И команда единомышленников. Ведь командная работа — залог успеха нашей старшей школы. Мы собрались в апреле, придумали, что старшая школа может быть именно такой (отвечать на такие запросы, решать такие задачи, достигать этих целей этими средствами), дальше мы собираемся раз в неделю, беседуем, спорим, договариваемся всей нашей командой.

Команда состоит из основных предметников (у кого много часов), кураторов, психологов и тьюторов, работающих со старшей школой. Не у всех коллег всегда получается посещать все  встречи, но держать в курсе каждого взрослого, работающего со старшей школой, — одна из наших главных коммуникационных задач. 

Мы начали планировать старшую школу вот с такой модели выпускника. Кто такой выпускник новой старшей школы? Что это за человек?

И, раскручивая вот этот маховик, — чем он должен обладать, какими качествами, какими умениями, навыками, что у него должно быть развито, что он должен попробовать, мы спускались на следующий уровень и думали: «Как мы можем это ему организовать?» Собственно, то, что я сейчас буду рассказывать, вытекло из формата этого нашего представления о том, какой будет выпускник.

Как я уже говорил, модель выпускника, о которой идет речь, — это не про то, что мы пытаемся всех подстричь под одну гребенку (знаете машинка, которая стрижет головы всем, как в том анекдоте). Наша идея заключается не в том, чтобы всех уравнять, а в том, чтобы говорить про некоторое базовые понимания личности человека, том опыте, который получают наши выпускники. Что это за тип людей такой? Почему мы про них говорим? 

Я попробую описать  основные активности, процедуры и другие возможности, благодаря которым, как нам кажется, мы работаем на развитие того самого самоопределения, готовности к личному и профессиональному определению. 

Отдельно отмечу, что мы чуть-чуть пересмотрели историю, связанную с переходом в эту старшую школу (из 9 в 10 класс). В этом учебном году мы запустили этот процесс: часть действий мы уже провели, часть нам еще предстоит. Мы бы очень хотели, чтобы к десятому классу они прошли определённый путь, позволяющий сделать максимально осознанный выбор своей будущей образовательной траектории. Поэтому в этом списке помимо академической успешности есть весенне-летняя школа. Это очень интересная идея, позволяющая актуализировать настрой ребят на анализ своей деятельности, обоснованности совершаемых выборов и пр. 

Также я чуть-чуть затрону историю, связанную с работой по индивидуальному учебному плану, который включает в себя помимо недельного расписания уроков, спецкурсов и кружков,  и проектную деятельность, и стажировки, и участие в активностях школы. Затрону чуть-чуть вопросы, связанные с нашим способом подведения итогов учебной деятельности (как мы это делаем и планируем делать дальше). Повторюсь, все, что я рассказываю — это некоторые пробы. Работает ли это для всех? Нет, не работает для всех. Есть ли какие-то результаты? Да, есть. Будем их анализировать и что-то менять, подстраивать. Такой живой механизм, поэтому не относитесь к моему рассказу как к какому-то готовому законченному проекту. Я тут рассказывал про Финляндию какие-то вещи и потом люди мне пишут, что «вот вы сказали, и мы очень хотим внедрить у себя это в школе». Очень вас прошу, ни в коем случае этого не делать. Просто взять механизм и внедрить без людей, которые разделяют идеи, без какой-то подготовки, совершенно невозможно, неуместно, да и не нужно. Поэтому все, что буду рассказывать, можно принять как некоторые мысли про то, что могло бы как-то взбодрить и продвинуть разработчиков старшей школы и, следовательно, их учеников. 

Мы принципиально разделили старшую школу на два разных года: 10 класс (выбор и ответственность, пробы, знакомство с миром и пр.) и 11 класс (абитур-год).

Это сняло определенное беспокойство родителей и детей относительно 10 класса, потому что мы довольно большое количество времени не только готовимся к ЕГЭ, но находим время для различных развивающих активностей (например, в декабре неделю 10-классники не ходили в школу, а ходили на стажировки, а в марте мы совершали образовательное путешествие в Рим). Ещё у нас есть значительное количество возможностей реализовать себя в школе — как мероприятия внеакадемического направления (благотворительная ярмарка, театральный и книжный фестивали и пр.), так и организовываемые самими школьниками (кейс-чемпионат по экономике или поэтический форум). Для некоторых родителей такая не академическая активность в старшей школе вызывала вопросы, но мы с ним встречались, разговаривали. Часть из них говорит примерно так: «Как же так, ему бы хорошо сейчас…». Но мы полны внутренней уверенности в том, что ни в коем случае нельзя заниматься исключительно натаскиванием. Для нас важно, чтобы оба полушария были активны. Как тот двуглавый орел: один орел, который смотрит на какую-то академическую успешность (олимпиады, ЕГЭ), а второй смотрит на нашу жизнь и  делает что-то, не исходя из какого-то мифического будущего этого ученика, а исходя из того, чем он интересуется сейчас, какие возможности для своего роста видит и пр. И две эти головы мы пытаемся подкармливать в равной степени, и они периодически будут у нас мелькать в презентации.

Повторюсь, мы не делаем акцент только на одной половине, потому что у нас есть и подготовка к олимпиадам: на 20 десятиклассников получилось четыре призера Регионального тура Всеросса (Всероссийская олимпиада школьников), а также несколько призеров и победителей других московских олимпиад и конкурсов. На помощь в подготовке к каждому такому образовательному событию коллектив школы предоставляет различные возможности для подготовки — как специальное время для консультаций с преподавателями, так и “разгрузка” школьника на других предметах в период интенсивного движения к конкретной цели. Мы стараемся сделать так, чтобы подготовка к подобного рода академическим активностям была включена школьниками в свои индивидуальные учебные планы. Осмысленность движения каждого ученика внутри собственной академической траектории у каждого школьника есть возможность обсудить с персональным тьютором, специально подготовленным и настроенным на поддержку, продвижение и проблематизацию персональной траектории старшеклассника. Все условия, какие считает необходимыми, если вы можете это обосновать. Принцип примерно такой.

Вот как раз фотография с первого поэтического форума, который прошел в четверг, организованный нашим десятиклассником, и школьники (вместе с сотрудниками) читали стихи своих любимых поэтов:

Для нас было очень важно, что все это организовал наш 10-классник, без особой помощи взрослых. Взрослые были только в жюри и реагировали на заявки Матвея (обоснование бюджета, координация своей работы с отделом маркетинга школы, бронирование театрального зала и пр.). Он сам договорился с Алисой Гребенщиковой, которая была специальным гостем и читала стихи, провел огромную пиар-акции во всех социальных сетях школы, создал официальную страницу мероприятия, провел рекламную кампанию на стенах школы и пр.. Для нас это очень показательный кейс.

Чуть-чуть про переход, который мы сейчас придумали, из 9 в 10 класс: Командой старшей школы мы подумали, что нелинейный переход может стать очень полезным шагом, помогающим школьникам определиться с дальнейшей траекторией обучения. Т.е. выбор делается не “по умолчанию”, а осуществляющийся благодаря анализу и рефлексии своей предыдущей деятельности и планировании будущего. Один образовательный этап мы заканчиваем, другой начинаем и, возможно, что тот этап, который мы начинаем в Новой школе, подходит не всем. Мы пришли к школьникам и спросили у них: «Ребята, вот смотрите,  наша старшая школа такая, про это, мы много времени будем уделять тому, на что в других старших школах внимание не тратят», представили нашу идею, позвали текущих десятиклассников, которые из первых уст могли рассказать о реальном положении дел. Они побеседовали,  попробовали сформулировать свои образовательные задачи на старшую школу. Дальше мы спросили: «Как вам кажется, каким критериям должен соответствовать десятиклассник, чтобы попасть именно в эту старшую школу, в 10 класс?» И они набросали список. У них была большая работа, несколько раз кураторы и тьюторы встречались с ребятами, корректировали формулировки, обобщали, они работали по группам и самостоятельно. Одновременно с этим мы запустили такую работу с коллегами (с командой взрослых, работающих с 9-го классом). Обе команды получились большим, потому что там 3 класса и, фактически, 3 “набора” предметников. Они часто перемешиваются, но тем не менее. 

Надо сказать, что фактором, показывающим, что мы довольно точно работаем и с детьми, и со взрослыми (смотрим в одну сторону), оказалось то, что мы составили почти одинаковые списки. Эти критерии можно было соотнести, сопоставить или включить одни в другие. Приятно, что не надо было ничего перепридумывать, переделывать. И при этом дети гораздо яснее выражали свои мысли. 

Поэтому для дальнейшей работы мы взяли детские формулировки критериев. На следующем шаге мы спросили у 9-классников, как им кажется, каким образом они могут подтвердить своё соответствии этим критериям. Здесь нам пришлось договариваться о каждом из представленных критериев: например, что такое академическая успешность или вовлеченность в деятельность. Как это можно измерить и оценить?

Опять же, это не означает, что это исчерпывающие пункты, это некоторый ориентир. Если школьник придумывает, каким образом он может продемонстрировать свой уровень вовлеченности в деятельность, то это очень хорошо и здорово. У нас получилась глобальная таблица, включающая в себя критерии, подкритерии (уточнения и расшифровки), и попросили каждого ребёнка оценить себя по этим критериям. Точно с такой же просьбой мы обратились к коллегам: оценить всех учеников по ученикам, с которыми они работали. Получился список детей, по которым собрана определенная информация, которую можно трактовать, как ранжирование по тем самым критериям: кто идеально подходит для той модели старшей школы, которую мы строим; те, чье соответствие указанным критериям вызывает некоторые вопросы, и те, кто, как нам кажется, не вписывается в ту модель старшей школы, которую мы проектируем. У нас получились зелёный, жёлтый, красный списочки. 

Далее мы по-разному действовали с каждым из этих списков. Первых мы взяли оптом, с условием их академической успешности. Со второй группой возможны различные варианты развития событий. Одна история связана со школьниками, которые нашли себе взрослого в школе, который готов был засвидетельствовать осмысленность пребывания данного ученика в старшей школе. То есть, по сути, поручительное письмо:  ты находишь двух взрослых, которые готовы за тебя вступиться. Со второй частью ребят мы договорились, что нужно пройти собеседование с командой взрослых. 

Третьей группе мы сказали, что пока не видим ваших продвижений в описанных критериях, и у вас есть некоторое время (этот разговор состоялся в начале февраля) для того, чтобы напрячься и показать, что вы можете подтянуться по этим критериям; что вы знаете, как это сделать; продемонстрируйте нам, пожалуйста. И некоторые из этих людей включились в деятельность и очень активно стали вести себя как в учебном пространстве, так и в остальных пространствах школы. 

Венцом этой работы стала весенняя школа.

В весенней школе мы провели 2 дня буквально на позапрошлой неделе, когда мы хотели убрать все предметные уроки и сделать 2 метапредметных “погруженческих” дня, но так не получилось. Вы, наверное, понимаете, что есть предметники, у которых не так просто часы забрать. И поэтому они перемежались с группами, которые железно стоят в расписании, и с теми, с которыми мы смогли договориться. И она состояла из таких 4 деятельностных пространств (см. слайд выше) и еще парочки пространств недеятельностных, но ознакомительных, когда мы рассказывали о том, как будет устроена наша старшая школа, из чего будет состоять учебный план, как будут работать кафедры, какие курсы будут предложены школьникам и пр..

Так, кафедра словесности выпустила прекрасную книжечку, где написала, какие курсы, кто будет вести, в чём между ними разница: например, 3 профильных по 5 часов, три базовых по 3 часа и разные преподаватели по разным направлениям: где-то отечественная литература, где-то зарубежная, где-то всё вперемешку, где-то книги через театр — как они всё придумали, так они это и представили.

Историки с обществознанием сделали примерно такую же штуку — они рассказывали о том, как будет устроено преподавание различных дисциплин на их кафедре. Основная мысль заключалась в том, что мы демонстрируем себя  и очень рассчитываем, что старшеклассники оценят, подходит ли лично им тот уровень рефлексии и такое количество выборов, которые будут их ждать в старшей школе. Мы очень рассчитывали на рост осознанности в принятии решения о своем будущем. По результатам этих двух дней у нас практически не оказалось девятиклассников, которых бы мы категорически не рекомендовали в нашу старшую школу. Мы все это зафиксировали и выдали всем письма о дальнейших действия: кому-то предстояло навести порядок с академическими успехами, кому-то увеличить свою включенность в активности конца года и т.д. Следующей остановкой для всех 9-классников была  летняя школа. 

Мы планируем, что летняя школа будет не пропускным мероприятием, а проектирующим будущее, то есть мы будем говорить про то, как будет выглядеть их 10 класс, выстраивать индивидуальный план, согласовывать его с разными категориями граждан: с родителями,  друг с другом, с тьюторами и предметниками. По сути, люди, которые получили билет на “летнюю школу”, могут особо не переживать, спокойно сдавать ОГЭ и приходить к нам в десятый класс. Также на летнюю школу мы пригласили всех поступающих из других школ. Здесь у всех будет возможность “в деле” познакомиться с принципами и орг.структурой планируемой старшей школы. 

Про нашу текущую старшую школу (10 класс) я могу рассказывать довольно много, т.к. мы творчески подходим к созданию условий для развития ребят. Да и сами ребята у нас удивительные! 

Остановлюсь подробно на учебных планах.  Еще на летней школе мы выкатили примерно такую схему с набором предметов:

Перед этим мы проделали значительную работу: внимательно прошерстили учебные планы, всяческие рекомендации, опыт других школ: выделили инвариантную и вариативные части учебного плана, обсудили с коллегами возможные курсы (база, профиль), собрали пожелания к спецкурсам и интенсивам. 

На летней школе мы предложили ребятам заполнить этот листочек — после того, как кафедры рассказали о том, как будет строиться обучение по их предметам в старшей школе. В таблице были предметы, которые ребята могли вовсе не выбрать (третья колонка), были, например, обязательные спецкурсы (на той кафедре, к которой они себя отнесли) и работа над проектом.  Затем мы проводили с ними несколько консультаций — просили их объяснить свой выбор. Каким причинами они руководствовались? Соотносили ли они свои желания с требованиями того ВУЗа, куда они собираются? Беседы проводили как предметники (со стороны целостности углубления в предметную область), так и тьюторы (осознанность выбора), так и психологи (расчет нагрузки). Последним этапом было согласование своих планов с родителями. После того, как ребята все обосновали, со всеми договорились, кое-что изменили, мы составили огромную таблицу тех предметов, которые они выбрали. На 20 человек у нас получилось 19 различных учебных планов.

После этого мы составили сложное расписание с “окнами” — пустыми местами, которые в каждого 10-классники были в свое время. В это время мы предложили ребятам договориться о консультациях с учителями по тем кафедрам, которые для них приоритетны — получилось своеобразное углубление спецкурсов. Вот такой был сложный ход. Какие-то кафедры сразу представили нам и ребятам расписание встреч и занятий. Кто-то шел за запросами детей — собирали пожелания, обрабатывали, выдавали предложения. Какие-то кафедры шли на это медленнее, сложнее, но тем не менее, у ребят получилось договориться с каждым учителем. 

Получилось вот такое сложносоставленное расписание, научиться разбираться в котором — очень полезное умение. Когда ты являешься соавтором того, чем тебе заниматься всю неделю, это очень мотивирует. И это одна из тем, над которой наши тьюторы работают в старшей школе. На расписание уроков надстраивается расписание всей недели в широком смысле (как в школе, так и вне школы) спецкурсы, подготовка к олимпиадам, работа над проектом, внеакадемические активности, музеи и другие образовательные возможности города. 

У самостоятельного формирования собственного расписания есть еще и такой плюс: ребята видят, что в будни помещается не все и сами предлагают занимать субботы. Например, биологи сразу сказали, что для того, чтобы нормально эксперимент поставить, проанализировать процесс и вот это вот всё, необходимо 3 часа биологии подряд. И поставили их на субботу: лаборатория открыта, преподаватель приезжает, кто-то из заинтересованных подтягивается.. И народ весь год ходит — там есть биологи, которые выбрали углубленный курс биологии. 

А после поездки в Рим у нас образовалась еще одна субботняя группа. Наш совершенно потрясающий учитель искусства всех покорил, поэтому к еженедельному часу искусства ребята с Игорем Михайловичем добавили еще 3 астрономических часа по субботам. При этом численность любителей искусства увеличилась вдвое — вместо 5 стало 10 слушателей, а также самоорганизовалась группа любителей совместных походов на выставки и в театр. Понятно, что это эффект не только самостоятельного составления своего расписания, но и харизмы учителя. Но есть ощущение, что именно таким образом старшая школа должна с одной стороны формировать интерес, а с другой — поддерживать этот интерес организационно. Ну, и здесь можно проследить важный эффект образовательных поездок, которые очень популярны в Новой школе. Но об этом — в другой раз. 

Параллельно с фиксацией академических успехов наших старшеклассников (помимо триместрового 100-балльного и полугодового 5-балльного оценивания у нас есть репорты — качественно-содержательное оценивание от каждого преподавателя), мы размышляем над тем, как фиксировать включенность в различные образовательные и развивающие процессы как в школе, так и за ее пределами. Такие процессы, которые трудно оценить в балльной системе, но благодаря им можно говорить о развитии с разных сторон. Текущую модель такой фиксации можно назвать “деловой зачет”. 

Деловой зачёт — от слова «дело». То есть, в каких делах, каких активностях поучаствовал школьник в течение учебного года. Это совершенно не означает, что ты можешь получить “деловой незачёт”. Это просто фиксация того, в чем ты поучаствовал, куда приложил свои усилия и на что потратил время. Это большая таблица, которую заполняют вместе все учителя, тьюторы, и другие взрослые в школе, которые являются организаторами любых активностей: от выходов на радиостанцию “Маяк” и участия в игре “Модель ООН” в 91 школе, до собственных инициатив (проведение поэтического форума в рамках театрального фестиваля) и взаимодействия с другими школьниками (тьюто-друзья, продюсерский центр и пр.):

В этой таблице есть возможность оставить комментарий: у некоторых ячеек есть оранжевая штучка, это комментарии тех людей, которые в этом деле видели десятиклассников и что-то такое про них пишут. И у нас есть информация про степень использования тех возможностей, которые представляет школа. Опять же, если у человека пустая строка, то скорее всего это означает, что мы как-то не нашли, не создали условия для включения этого конкретного молодого человека или девушки в жизнь школы. Не создали ему условий для движения. Или, наоборот, если человека во всем много, то, внимание, вопрос: «Успевает ли он учиться?» Это такой материал для анализа, для дальнейшей беседы и выстраивания какой-то личной траектории. Очень надеюсь, что тьюторы очень много работают и с этой таблицей, и с ребятами по поводу включенности и того, какого рода активностей не хватает в школе, вне школы и в классе, для развития каждого школьника. В разного рода активностях они проявляют себя. Есть опция «создать свою активность и как-то продвинуть», есть опция «как-то включиться в чужие», а есть опция «никуда не включаться и закончить уроки, и уходить». Это нормальная взрослая позиция взрослого человека. Он имеет на это право, а наша задача — сделать так, чтобы он этим правом не злоупотреблял. Мы пытаемся на этом как-то работать.

Научить рефлексии собственной деятельности — одна из основных задач нашей старшей школы. И мы попробовали в конце января поговорить о том, как прошло первое полугодие, потому что в конце января физически первое полугодие — ровно пять месяцев мы отучились и ещё пять месяцев впереди. Поэтому мы не связали это с оценками полугодовыми, которые у нас есть, а попробовали посмотреть шире: что мы помним из первого полугодия, во что мы включались, во что не включались, во что не успевали… У нас такая длинная доска на всю стену была исписана событиями, своеобразный timeline:

Мы просили выделить ребят пятерку самых значимых для них событий, и некоторые с удивлением услышали о каких-то событиях впервые! Были и такие события, о которых и мы с коллегами услышали впервые! А для ребят оно было важным. Затем мы попросили их проанализировать то, чего не хватает, а что, наоборот, перегружено. Мы ещё поговорили с ними про ожидание. Вот они пришли в Новую школу — что они ожидали? Что случилось из того, что они ожидали? Что не случилось из того, что они ожидали? И что случилось, но этого они не ожидали? Это было таким списком, мы с ним тоже потом различными способами работали. Это очень интересная работа была. После встречи с ребятами мы собрали родителей, попросили их рассказать о том, как им кажется, что было для их детей самым важным в первом полугодии. В этом разговоре мы тоже снимали  ожидания от нашей старшей школе и просили отметить, какие из них оправдались, какие не оправдались. После этих двух тактов было очень интересно сравнить ответы школьников и родителей. Не все у всех совпадало, надо сказать. Но были и вполне явные лидеры: для всех детей, например, была очень значима предпрофессиональная стажировка (мы на неделю вместо уроков отправляли каждого 10-классника на предполагаемое место работы). А это на фото группа десятиклассников прошла по школе гоголем, они очень хотели, нарядились:

Когда мы в апреле (еще перед стартом старшей школы) договорились о том, что движение в сторону профессионального и личного самоопределения для нас приоритетно, никто из коллег не высказал сомнений и несогласий. И когда в августе, представляя план года мы в него вставили недельную стажировку, это тоже не вызвало особых споров. Но когда я написал письмо с информацией о небольшом смещении учебного плана, потому что с 1 по 7 декабря всех 10-классников не будет в школе, тут я получил массу ответов и мнений: «Как? А как же те мои супер предметы? Где мои два часа в неделю? А мои 6 часов? Как вы нам их вернёте?». Мы пробовали говорить про предварительные договоренности (даже апрель вспоминали), разговоры про то, как это важно и полезно для ребят. «Да, мы подтверждали. Но как же мои 6 часов?»… Мы долго беседовали. Кому-то пришлось их возмещать, кто-то в субботу детей позвал, кто-то когда-то после уроков с ними встретился, но это была первая борьба. 

Вторая борьба ждала нас совсем с другой стороны. Когда приходишь к детям и говоришь: «Дети, у вас неделя на стажировку», дети говорят: «О, класс, а куда?» — «Вот об этом я хотел как раз вас просить». Есть часть детей, которые легко сказали, куда, а есть часть ребят, которые сказали типа «ну, у меня вот эта область, вот эта, а ещё вот эта. И что мне делать?» А мы как раз настаивали на том, чтобы была ровно одна область, потому что за неделю сложно погрузиться в несколько областей не в режиме экскурсии: пройтись по заводу или коворкингу, послушать. Нам хотелось именно погрузить ребят в работу: посмотреть, как живет специалист, провести с ним день, попробовать выполнить его задания и пр.. 

У нас получилось выделить несколько типов этой стажировки, один из которых, — следование за каким-то профессионалом: посмотреть как он живёт, чем он живёт, какой у него рабочий день, как он выглядит, как он съест, что он ест, с кем он встречается, какой у него уровень образования, где он учился, учится ли сейчас и так далее. Второй уровень — это ты как будто  помощник, то есть ты получаешь работу, выполняешь ее и тебя оценивают, как будто ты уже взрослый: «Молодец, работаешь», и чуть ли не зарплату получаешь. И это тоже частично сработало: у нас есть чудесный опыт, когда девушки писали статьи, попали на стажировку в «Мел», и несколько статей написали с группой коллег. Девушки там втроём были и с разной степенью включались в разные проекты. Точно так же у нас был молодой человек в Яндекс.Алисе и он тестировал эту Алису: его задача была завести ее в тупик на разных языках: на английском, на русском, после чего он фиксировал те точки, в которых она перегревается. Потом отчитывался за это. Еще один молодой человек выбрал дизайн одежды. Он программист, но сказал, что он про программирование все понимает, а у него была мечта с детства шить одежду разную кожаную, и он попал к швее в мастерскую. И там от эскизов до каких-то продуктов он за эту неделю с ней прошёл. Что-то сделал руками, какие-то выводы еще сделал. И понял, что заниматься этим не хочет, и программирование — очень неплохая штука, оказывается. Были разные истории. Где-то всё-всё настолько совпало, что человек готов был взять нашу 10-классницу на работу. Он рассказал ей, куда пойти учиться, на какие курсы надо идти во время учёбы, на какие вещи и слова обращать внимание и т.д.. 

Мы выдавали каждому сопроводительное письмо, потому что договоренности с местом стажировки — наша третья борьба.

Когда мы более-менее определились с детьми, — найти, куда их отправить оказалось крайне сложно. Когда я учился в школе (я учился в школе Тубельского, мне очень повезло), со мной это проделали и поэтому я готов преодолевать барьер за барьером, потому что я знаю, насколько это важно и полезно — для 10-классников получить такой опыт до поступления в ВУЗ, а не на четвёртом курсе вдруг понять, что это не твоё или, например, понять, что это твоё и туда надо было ещё больше вкладываться. Один из самых интересных эффектов стажировки был в том, что ребята сказали: «Да, мы много чего можем, оказывается! Я думал, они ого-го, а я почти такой же. Чуть-чуть не хватает вот этого умения, вот этого качества, собранности и каких-то ещё навыков, но, в целом, я это всё могу. Поэтому нужно мне чуть-чуть здесь доделать».

Мы просили каждого 10-классника во время стажировки писать дневник, а после нее составить отчет. На экране вопросы к этим дневникам и отчетам:

С этим отчётами ребята выступали на конференции в нашей школе. Отчёт довольно подробный, если кому-то интересно, я могу выслать его макет. 

Кстати, очень важной частью была подготовка к стажировке. У некоторых — критически важной: мы договорились о стажировке в больнице, и ребятам пришлось сделать срочно прививки, которых им не хватало, чтобы попасть туда. Это тоже очень интересно, когда они понимают, что за 2 недели нужно взять справку. В общем, все-все-все бодро и классно. Отдельная гордость  — 17 причин устраивать стажировку в старшей школе: 

У наших 10-классников есть свой Instagram, они его сами ведут и, собственно, выкладывают туда периодически фоточки. Сейчас они чуть-чуть отвлекись на другие проблемы и не ведут свой блог так интенсивно, как в начале года, но тем не менее что-то ещё можно посмотреть.

Еще попробую несколько слов сказать про проектную деятельность в старшей школе:

У каждого 10-классника в учебном плане стоит 1 час проектной деятельности в неделю. Ребята защищают сначала идею и тему своей работы, потом происходит (или должна происходить) планомерная работа с руководителем, а затем наступает время, когда они защищают проект, анализируют и фиксируют. Тематика у проектов очень разная: от организационных (поэтический форум или экономический кейс-чемпионат между школами) до научно-технических (чат-бот для заказов в школьном кафе или исследование какого-то химического соединения в различных средах — но здесь могу напутать). 

Совсем не успеваю сказать про образовательные поездки. Вот такая стена  есть у нас в библиотеке:

Если вы поднимитесь на четвертый этаж, то можете увидеть наши фотографии, стихи, рисунки, карты, схемы и так далее. Это совершенно удивительный опыт, очень полезный для нашей компании: развивающий, образовательный, и мы собираемся продолжать это дальше. Но это точно тема для отдельной встречи…

Я ещё хотел рассказать о том, как, чем отличаются кураторы от тьюторов. Куратор — это человек, который отвечает за групповую динамику. У нас в школе в целом система такая, что у каждого класса, по сути, есть такой почти классный руководитель, который не занимается справками, какими-то ещё орг.вещами, он освобожден от этого. Он отвечает за интересы группы детей, то есть за связь конкретного класса со школой, за поддержку их инициатив, за их участие в разных школьных мероприятиях, за их взаимодействие с городом — коллективное взаимодействие. А тьютор — это человек, который отвечает за каждого конкретного ребенка. Часто эти вещи не совпадают. Когда, например, класс хочет участвовать в рыцарском турнире в каком-то одном образе, роли, а один ребенок этого не хочет. Или с каким-то учителем не складываются отношения либо у всего класса, либо у конкретного ученика. И тогда нужно искать компромисс. Куратор поддерживает идеи класса и совместные — то, что можно сделать для целой группы детей, а тьютор отстаивает интересы конкретного ребенка и вплоть до того, что им приходится договариваться. Вот принципиально такое отличие. Но это тоже тема для специального разговора, конечно. 

Большое спасибо вам, что вы меня так долго слушали внимательно, не перебивая. К сожалению, у меня не получилось подробно остановиться на всех интересных идеях нашей старшей школы… Надеюсь, этот разговор получится продолжить. 

(в статье использованы материалы презентации Юрия Подкопаева)

Видео выступления смотрите здесь